В этом году имена лауреатов Тукаевской премии объявят не в день рождения поэта, а накануне, 25 апреля, и не в столице, а в селе Новый Кырлай – месте, напрямую связанном с жизнью и поэтическим миром Габдуллы Тукая.

Список номинантов этого года читается как своеобразная карта – с чёткими акцентами на памяти, идентичности и разговоре о современности. Здесь почти нет случайных фигур: каждый автор или коллектив работает с тем, что можно назвать «длинной темой», – историей, традицией, культурным кодом.

В литературе это особенно наглядно. Прозаик Рафис Курбан, для которого это уже четвертая попытка взять высоту под названием «Тукаевская премия», продолжает работать с историческим материалом. Его книги – от биографии разведчика Ахмерова до повести «Танкисты» – не стилизация под прошлое, а попытка объяснить его через частные судьбы. В том же поле, но с другой интонацией работают татарские поэтессы Ильсияр Иксанова и Лилия Гибадуллина. В первом случае это сдержанная, но чувственная лирика, во втором – фиксация тихого, почти незаметного течения жизни, которое и составляет её подлинную драму.

В отличие от литературы театральная часть списка выглядит более сфокусированной. Второй год подряд в числе номинантов команда спектакля «Возвращение Тукая» (Театр Камала) – режиссёр Айдар Заббаров, исполнитель главной роли Эмиль Талипов и драматург Резеда Зайниева. Все трое молоды, востребованы и, возможно, ещё не достигли пика творческой формы. Отсюда возникает вполне резонный вопрос: должна ли премия ждать «выслуги лет» или реагировать на актуальные высказывания здесь и сейчас? Ведь и Тукай сегодня нужен не как памятник, а как собеседник – в этом, по сути, и заключается посыл вновь номинированного спектакля.

Музыкальная линия выстроена на сочетании академической и традиционной школ. Композитор Эльмир Низамов представлен оперой «Кара пулат» с уже сложившейся сценической судьбой, тогда как певец Шамиль Ахметзянов продолжает работать с народной песней, переводя её в формат концертного исполнения (альбом «Сорнай моны»).

В числе «музыкальных» номинантов нынче также творческая группа во главе с гендиректором «Татнефти» Наилем Магановым – за проект по возрождению этнического музыкально-поэтического наследия народов Поволжья. Это не разовая акция, а системная работа с участием мастеров по изготовлению старинных инструментов, музыкантов и культурных менеджеров. Проект объединяет сразу несколько направлений – от деятельности ансамбля «Кадим Алмет», который изучает и исполняет традиционную музыку, до создания в Альметьевске крупной коллекции инструментов, используемой не как музейная витрина, а как рабочая база: на них играют, их изучают и по ним воссоздают утраченные образцы. Благодаря этому старинные инструменты постепенно возвращаются в музыкальный быт.

Ещё один коллективный номинант – Казанское хореографическое училище – выдвинут за постановку детского балета «Заколдованный мальчик» на музыку Загита Хабибуллина. Авторы спектакля сознательно отказываются от привычных сказочных клише и опираются на татарскую мифологию – решение не радикальное по форме, но новаторское по сути: национальный материал «вживляется», можно сказать, в сердце академического жанра.

Кино в этом году представлено в разных регистрах. С одной стороны, группа документалистов во главе с Алексеем Барыкиным выдвинута за цикл фильмов о спецоперации – для Тукаевской премии это новый тип материала. С другой – Юрий Гвоздь продолжает свою линию, создавая экранную галерею деятелей татарской культуры (И.Шакиров, С.Хаким, Х.Якупов, Х.Бигичев и др.).

Изобразительное искусство представлено тремя соискателями: это Владимир Акимов, Рифкат Вахитов и Рабис Саляхов, и именно здесь просматривается наиболее плотная конкуренция. Все трое – признанные мастера, у каждого за плечами долгий творческий путь и уже не одна попытка вписать своё имя в историю Тукаевской премии.

В целом список номинантов этого года как бы говорит, что премия всё меньше реагирует на разовые персональные успехи и всё больше – на «долгоиграющие» коллективные проекты. При этом расширяется и тематическое поле – от исторической прозы до актуального документального кино. Перенос церемонии в Кырлай лишь усиливает этот тренд. Тукаевская премия становится не просто престижной наградой, а камертоном, инструментом культурной настройки, где важно не только, кто побеждает, но и какие смыслы оказываются в центре внимания.