Дмитрий Выдрин: «По словам Сибиги, война на Украине забирает у киевского режима около полумиллиарда долларов в день. Умножьте это на количество дней в году и получите суммы, которые плюс-минус близки к 100 миллиардам долларов в год»
«Можно предположить, что около 50 миллиардов долларов в год причитается «на карман» украинским начальникам»
— Дмитрий Игнатьевич, позвольте начать разговор с последнего коррупционного скандала на Украине. Бывшему главе офиса украинского президента Андрею Ермаку предъявлено обвинение в отмывании денег «весом» в 400 миллионов гривен (чуть больше 9 миллионов долларов). Сумма, если вдуматься, смешная — на фоне того объёма денег, который крутится в украинском государственном обиходе. Быть может, украинские политики — это уже самые богатые «парубки» в Европе? Или они ещё только растут в этом направлении?
— Честно говоря, меня мало интересуют персоны калибра Ермака, если только происходящее с ними не выходит за пределы конкретных фамилий и личностей и не отображает глобальные тенденции и нарративы. Что же мы видим в этом случае? Позволю себе процитировать классиков. Помнится, однажды у Остапа Бендера спросили: «Как вы считаете, может ли в Черноморске жить богатый человек?» Бендер отмахнулся и сказал, что в Черноморске за богатого вполне сойтёт тот, у кого есть 10 тысяч рублей. От бандеровской логики мы можем сделать реверс к сегодняшним украинским реалиям. На мой взгляд, среди тех, кто так или иначе составляет нынешний киевский режим, в окружении Зеленского бедным считается человек, у которого нет миллиарда долларов.
Дмитрий Игнатьевич Выдрин — украинский и российский политик, профессор, политолог и публицист. Советник четырёх президентов Украины, депутат Верховной рады Украины V созыва. В течение многих лет являлся одним из наиболее авторитетных политических консультантов и политтехнологов на Украине.
Родился 25 мая 1949 года в Назрани, на территории современной Ингушетии.
1967–1972 — студент Киевского государственного университета им. Шевченко, факультет философии.
1972–1973 — инженер лаборатории социальной психологии Института кибернетики.
1973–1977 — корреспондент газеты «Комсомольское знамя» (Киев).
1977–1981 — аспирант Института философии (Киев).
1981–1987 — научный сотрудник Института философии АН УССР.
В 1982 году защитил кандидатскую диссертацию на тему «Методологические аспекты теории качества жизни».
1987–1991 — преподаватель, заведующий кафедрой политологии Киевской высшей партийной школы (с 1990 года — Киевский институт политологии и социального управления).
1991–1994 — директор украинского Международного института глобальной и региональной безопасности.
1994–1996 — советник президента Украины Леонида Кучмы по вопросам внутренней политики.
В 1996 году — советник премьер-министра Украины.
1996–1998 — сопредседатель южноукраинского экономического союза.
1998–2000 — директор Европейского института интеграции и развития (Киев).
2000–2001 — президент всеукраинской медиакорпорации «Ведомости».
2001–2002 — советник премьер-министра Украины.
2001–2006 — директор Европейского института интеграции и развития (Киев).
2002–2004 — советник премьер-министра Украины.
В 2005 году — советник премьер-министра Украины.
2006–2007 — народный депутат Верховной рады Украины V созыва от блока Юлии Тимошенко. Глава подкомитета международной безопасности комитета международных дел.
2007–2009 — независимый политический консультант и комментатор.
2009–2010 — заместитель секретаря совета национальной безопасности и обороны Украины.
2011–2013 — внештатный советник президента Украины Виктора Януковича.
После победы Майдана на Украине в 2014 году неожиданно полностью исчез из политического и медийного пространств страны. Известно, что осенью 2015-го принимал участие в симпозиуме «Туранский мир», проходившем в Алуште на Крымском полуострове, где высказался за поиск решения конфликтов в современном обществе путём не противопоставления культур и народов, а напротив, поиска общностей между ними.
В апреле 2017 года на известном видеохостинге появились видеоролики, на которых Выдрин в качестве ведущего с бокалом вина рассказывал о тонкостях застолий с мировыми лидерами (Янукович, Эдуард Шеварднадзе, Герхард Шрёдер, Билл Клинтон, Владимир Путин и др.).
15 января 2023-го внесен в санкционный список Украины.
Автор и соавтор более 500 работ по политологии, международным отношениям и философии, а также многочисленных интервью в российских, украинских и иностранных СМИ. Публиковался в России, на Украине, в Англии, Германии, Австрии, США и других странах. Автор книг «Все на продажу» (1986), «Невостребованные идеи» (1990), «Очерки практической политологии» (1991), «Украина на ядерных качелях» (1994), «Украина на пороге XXI столетия» (1996), «Политика: история, технология, экзистенция» (2001), «В ожидании героя (еженедельник года перемен)» (2005, в соавторстве с И. Рожковой), «Вспоминая Артхашастру» (в соавторстве с А. Адаменко), «Политика-2» (2008), «О политике Упорно» (2010), «Золотая игла, или Восьмой дан Владимира Путина» (2018). Широкую известность на Украине Выдрину принесли многочисленные статьи, эссе и комментарии на политическую злобу дня.
Не секрет, что за последние несколько лет Украина получила от своих спонсоров сотни миллиардов долларов. Последний европейский транш, о котором сейчас все говорят, составляет 90 миллиардов евро (или 104 миллиарда долларов, считая по нынешнему курсу). Я, конечно, не экономист и тем более не бухгалтер и не люблю считать деньги в чужих карманах и закромах. Тем не менее, судя по открытым источникам, Украина за последние три года худо-бедно получила примерно 300 миллиардов долларов. Новый европейский кредит на ещё одну сотню миллиардов только подтверждает эту тенденцию. Что ж, получается где-то до 100 миллиардов долларов в год.
Теперь обратимся к одному любопытному заявлению главы украинского МИДа Андрея Сибиги. Я не знаю, верить этому или нет, но, по словам Сибиги, война на Украине забирает у киевского режима около полумиллиарда долларов в день. Умножьте это на количество дней в году и получите суммы, которые плюс-минус близки к 100 миллиардам долларов в год.
Правомочно спросить: только ли война требует на своё содержание полмиллиарда «зеленых» в день? По тем мерками и нравам, которые я застал в украинской «элитной ойкумене», считалось просто неприличным не украсть хотя бы 10-ю часть от денежных траншей, идущих в виде помощи из-за границы — неважно, со стороны России или Запада. Соответственно, в те времена, о которых я говорю, была практически «канонизирована» коррупционная десятина. Может быть, в связи с тем, что люди того периода были почти все воцерковленные и искренне считали, что понятие десятины практически святое? Так вот, если мерить старомодными нормами, то где-то по 10 миллиардов долларов в год должно уходить в карманы немногочисленных украинских элитариев, причастных к заграничным траншам.
Впрочем, сейчас ситуация изменилась и стала гораздо ближе к беспределу. Мои оставшиеся на Украине знакомые, когда я намекаю в разговоре с ними на десятину, обыкновенно говорят: «Какая десятина?! Уже половина уходит налево!» Исходя из этих доморощенных расчетов, можно предположить, что около 50 миллиардов долларов в год причитается «на карман» украинским начальникам, или условной «мишпухе» (синоним слова «компания» на одесском жаргоне — прим. ред.). Назвать этих людей элитой язык не поворачивается.
— Что же делать будем? Как говорил Сталин, завидовать будем? И ждать, пока они там, в Киеве, сядут в тюрьму или разбегутся по заграницам?
— Не уверен, что тут есть предмет для зависти, но для определенных умозаключений, безусловно, есть. Как человек с психологическим образованием (помимо философского и политологического), я не могу пройти мимо психологического фактора. Мне не раз приходилось наблюдать посредством СМИ переговоры большого украинского начальника с большим американским начальником. Я наблюдал этот сюжет в динамике и мог видеть, как развивались их личные отношения. Помню, с каким придыханием большой украинский начальник в начале своей карьеры разговаривал не только с американскими начальниками, но даже и с весьма скромными французскими. С каким восторгом он заглядывал в глаза французскому начальнику — тому самому, от которого всего через год-два даже не брал телефонные звонки. Недаром Эмманюэль Макрон публично жаловался, что разве что с 10-го раза может дозвониться своему украинскому коллеге Владимиру Зеленскому.
Между тем жаловаться тут не на что — все это вполне вписывается в украинскую парадигму. Помните великолепный пассаж Павла Ивановича Чичикова, который в «Мертвых душах» утверждал, что на Руси любой человек, у которого есть во владении не менее 100 душ, держит и ведёт себя «соответственно». И обращаются к нему «соответственно». А если у тебя есть 200 душ, то у тебя уже другая степень «соответствия». Заметим, что Гоголь писал об изощренной психологической атмосфере не абстрактного губернского города N, а об атмосфере Южной Руси, которую он хорошо знал. Гоголю было известно, что даже малейшие интонации голоса могут подчеркивать, насколько состоятельны и значительны те или иные люди.
Исходя из гоголевского психологического этюда, можно предположить статус Владимира Зеленского в тот момент, когда он общается с тем или иным своим визави. Безусловно, на заре своей президентской карьеры большой украинский начальник разговаривал с западными начальниками как человек, чье состояние было на порядок меньше, чем у его американских и европейских коллег. Однако, когда он последние несколько раз общался с Дональдом Трампом, он вел себя как человек, состояние которого выглядит уже на порядок больше, чем состояние его американского визави. Известно, что состояние Трампа оценивается в настоящий момент в 5–6 миллиардов долларов. Отсюда мы можем гипотетически оценить состояние украинского босса. Говоря коротко, похоже, Зеленский сейчас богаче самого Трампа.
«Когда американский лидер разговаривает с украинским начальником, он требует от него не просто выполнения каких-то своих пожеланий или участия в авантюре вроде иранской»
«Интервью Мендель — слезливые коннотации брошенной любовницы. Повторение того, что давно говорят в украинских кулуарах»
— Считается, что сейчас положение Зеленского несколько пошатнулось и удар по Ермаку — это просто репетиция удара по Зеленскому. Если это так, то почему его наносят САП (специализированная антикоррупционная прокуратура) и НАБУ (национальное антикоррупционное бюро Украины) — структуры, прежде ориентированные на Демпартию США?
— На мой взгляд, большое заблуждение — считать происходящее вокруг фигуры Ермака игрой американских демократов. Я думаю, что всё-таки это не игры Демпартии США, а инициативы, исходящие от ближайшего окружения Дональда Трампа. Силовые структуры САП и НАБУ, «паковавшие» бывшего главу украинской администрации, а до этого инициировавшие расследование и установившие прослушку (не знаю, легальную или нет), по своему содержанию близки к федеральному бюро расследований США. По сути, это просто отделы ФБР, вынесенные на украинскую территорию, которые к демократам не имеют никакого функционального отношения. ФБР ведь не управляется структурами Демократической партии и не является, скажем, комитетом нижней палаты конгресса, который может ставить ей задачи. Нет, это часть президентской вертикали Соединенных Штатов, и подчиняется она непосредственно Дональду Трампу. Значит, задача «потревожить» ближний круг Зеленского исходила непосредственно от хозяина Овального кабинета — без его отмашки ничего бы не случилось. Это во-первых.
Во-вторых, большое значение имеет стилистика возбуждения уголовного дела и его ход. Нетрудно заметить, что эстетически все это очень близко к брутальной эстетике гангстеризма 1930-х годов, которую, насколько я знаю, искренне обожает Трамп. Причём это обожание легко проверяется по некоторым кодовым словам. А каково главное слово гангстеризма как течения криминального, политического и отчасти эстетического? Нетрудно догадаться: главное слово — «уважение». Заметим, что именно это слово американский лидер часто использует для оценки симпатий или антипатий к тому или иному общественному деятелю или зарубежному коллеге. Когда Трамп констатирует: «Он говорил со мной без уважения», сразу же вспоминаются расхожие выражения небезызвестного Дона Корлеоне вроде: «Да, он деньги принёс, но без уважения». Дело в том, что в эстетике Gangsta уважение всегда почиталось выше простого прагматизма. Деньги, принесенные без уважения, — это больший плевок в лицо, нежели «проволынивание» с оплатой, обставленное с уважением. «Извините, пожалуйста, многоуважаемый Дон и крестный отец — сейчас не получается расплатиться, но я обязательно „занесу“, ведь я настолько вас уважаю, почитаю и обожаю, что кушать не могу, поэтому, безусловно, расплачусь, только немного позже». В этой стилистике, о которой я говорю, отсутствие денег, но «с уважением» всегда воспринималось с бо́льшим пониманием, нежели деньги, принесенные без уважения.
Поэтому, когда американский лидер разговаривает с украинским начальником, он требует от него не просто выполнения каких-то своих пожеланий или участия в авантюре вроде иранской (в рамках которой украинцы тут же предложили свою помощь в виде неких фантасмагорических беспилотников). Нет, для него главное, чтобы все было сделано с почтением и придыханием, то есть с огромным уважением. В сущности, Зеленский для Трампа — это человек из родственной ему сферы, который, однако, не проявляет должного уважения к своему патрону, на которое тот рассчитывает, исходя из своих статуса и возможностей.
Я говорю это к тому, что в ударе по ближнему кругу Зеленского мне представляется что-то очень личное. К тому же тесно завязанное на полномочия американского президента, а не на полномочия его нынешних политических оппонентов. Так могут действовать вовсе не демократы и даже не республиканцы, а лично американский президент и аффилированные с ним силовые структуры.
— Интервью бывшего пресс-секретаря Зеленского Юлии Мендель, недавно данное Такеру Карлсону, — из того же источника?
— Я не видел полностью этого интервью, хотя просмотрел основные фрагменты. Полностью я психологически не смог его осилить. Для меня интервью — полноценный журналистский жанр, демонстрирующий журналиста не как «подставку для микрофона», а как мастера, способного играть в дуэте, настраивать тональность беседы, делая её интересной и для собеседника, и для потенциальных слушателей/читателей. Все это требует серьёзного мастерства. Однако в интервью Мендель, как ни странно, не было ни информативности, ни журналистского дарования. Если бы меня попросили оценить это интервью безотносительно к фамилиям, то я бы ответил, что это не высказывания политического оппонента или тем более идеологического врага, а какие-то слезливые коннотации брошенной любовницы. Что-то очень маленькое по своим размерам. Я думаю, она сама не понимала, что наговорила. Там даже не было никакой новой информации. Все, что она стремилась донести до Такера Карлсона, не более чем давние пересуды украинских кулуаров, прошедшие 100 раз по одному и тому же кругу, без какого-либо прироста информации. «Так он нюхал? Наверное, нюхал. А где нюхал? Ну, наверное, в туалете. А что? Скорее всего, белый порошок». Извините, но все это уже навязло не только в зубах, а, пожалуй, и в деснах у громадного количества журналистов и околожурналистов.
Мы знаем, что у Такера Карлсона довольно высокая планка требований к интервьюируемому человеку, и упомянутая барышня явно не подпадает под эту планку. Скажем так, она не фигура масштаба Карлсона. Наверняка с чьей-то стороны последовала просьба пригласить её в студию, уж не знаю, подкрепленная финансовой поддержкой или же нет. Так или иначе, за Юлией Мендель кто-то стоял, кто смог организовать ей этот бенефис. Но саму её использовали, скорее всего, втемную.
«Что сделают с Зеленским? Будет ли это точечная операция, как с венесуэльским президентом Николасом Мадуро? Или стрельба с высотного здания напротив? Либо суд, созванный тоже «по беспределу», — скажем, за то, что Зеленский украл скрепки с президентского стола?»
«Россия и Европа в настоящее время «закрывают» эпоху Второй мировой войны, в то время как Америка начинает третью мировую»
— Является ли это признаком того, что Зеленского хотят «демонтировать»? Не сам киевский режим (до этого, пожалуй, ещё далеко), а именно Зеленского?
— Да, такого исключать нельзя. Тем более если (повторюсь) лидер одной из группировок демонстрирует явное неуважение «Дону», возглавляющему более мощную группировку. Пусть даже он лично богаче. Однако на политическом поле личные состояния не играют центральной роли. Лидер группировки, крышующей 10 ларьков, может быть очень богат. Зато группировка, крышующая 10 базаров, гораздо более влиятельна и значима. Она решает глобальные вопросы, оставляя себе не так много доходов, как это может позволить себе мелкий «авторитет». Поэтому «Дон» вполне может принять решение поставить на руководство подчинённой группировки совершенно другого человека, который станет и за порядком следить лучше, и вести себя скромнее, отстегивая в свой карман уже не 50, а 10 процентов. Поэтому я полагаю, что слив Зеленского происходит на уровне личной антипатии. Это не разработка какой-нибудь RAND Corporation, просчитавшей, что по психосоматическим качествам Америке требуется другой партнёр или подельник. Это личная обида человека на того, кто не по чину «подтыривает» и не по чину демонстрирует неуважение.
— В таком случае как Зеленский может расплатиться за неуважение? Посадят ли его в тюрьму? Проиграет ли он на внеочередных президентских выборах, которые вроде бы собирались организовать уже в этом году?
— Прежде чем говорить о возможной судьбе Зеленского, я хочу обратить внимание на одно важное обстоятельство. Сегодня мы живем на стыке сразу двух эпох, которые, хотя и пересекаются, однако глубоко различны между собой. На мой взгляд, Россия и Европа в настоящее время «закрывают» эпоху Второй мировой войны. Здесь более-менее все просто. Европа хочет переиграть результаты Второй мировой и взять реванш, а Россия хочет доказать, что Берлин 1945-го можно повторить в Берлине образца 2027–2028 годов. В то же время Соединенные Штаты пытаются развязать третью мировую войну и начать жить по её нарративам. Если Вторая мировая — это некая конвенциональность, пусть и брутальная, допускающая море жестокости и крови, но при этом подразумевающая какие-то протоколы, которые ни в коем случае нельзя нарушать, как, скажем, протокол о неприменении химического оружия, то третья мировая — это отсутствие любых запретов.
В связи с этим у нас сейчас возник термин «технофашизм». А чем технофашизм отличается от социального фашизма? У социального фашизма было множество человеконенавистнических идей, однако их проводниками всегда являлись люди, которые раньше читали какие-то книги, смотрели какие-то фильмы и имели свои представления о жизни и свою мораль. Что до искусственного интеллекта, то у него, как мы понимаем, нет и не может быть никакой морали. ИИ не входит ни в какую конфессию, он не является ни католиком, ни православным, ни мусульманином. Он действует чисто механистически, вне конвенций и правил. Если искусственному интеллекту требуется разбомбить школу, в которой учатся маленькие девочки, то он сделает это, ни на секунду не задумываясь. Для него это не девочки, а обычная цель, запрограммированная под определенным номером и стоящая в очереди на уничтожение.
Любой самый брутальный человек может нарушить все человеческое в себе, истребить его дотла, однако он все равно будет «задумываться» — такова человеческая природа. Во Вьетнаме американцы сжигали целые деревни, и ни у кого вроде бы не дрогнула рука, но потом на этих поджигателей все равно находились судьи и свидетели. В самом брутальном всегда всплывало что-то человеческое. У искусственного интеллекта нет такой проблемы. Сам термин «технофашизм» подразумевает полное отрицание запретов и протоколов.
Я люблю апеллировать к примерам, реальным или даже выдуманным. Представьте: боксёр на ринге побеждает своего противника нокаутом. Его враг валяется без сознания. Рефери поднимает триумфатору руку: «Ты победил». Боксёр поворачивается к залу и принимает аплодисменты. В это время приходит в себя побежденный враг, вскакивает, бросается на победителя сзади и начинает беспорядочно кусать его в шею, бить везде, где может дотянуться. Как ответит победитель? Я не думаю, что он тоже станет кусаться и лягаться. Он просто ещё раз нокаутирует противника тем же ударом, что и прежде.
Именно в таком положении оказалась сегодня Россия. Её противник, нокаутированный по итогам Второй мировой, пришел в себя и затеял войну без правил. Поэтому, когда говорят, что Москва медлит с уничтожением врага, это следует понимать как-то, что наша страна не решается перейти в фазу третьей мировой. Россия хочет доиграть в протоколе Второй мировой войны. Нам очень сложно понять логику тех, кто уже живёт в другом протоколе.
В этом контексте — какая судьба может быть уготована Зеленскому? Понятно, что он столкнулся с подельниками, которые живут в формате третьей мировой, где не существует никаких запретов, ограничений и моральных табу. Там царит то, что у нас в 90-е годы называлось беспределом и что сегодня требует, наверное, какого-то иного термина. Что сделают с Зеленским? Будет ли это точечная операция, как с венесуэльским президентом Николасом Мадуро? Или стрельба с высотного здания напротив? Либо суд, созванный тоже «по беспределу», — скажем, за то, что Зеленский украл скрепки с президентского стола? Задержать его можно и за скрепки сразу на несколько месяцев, а в процессе выявить кражу многомиллиардных траншей. Так или иначе, но это, скорее всего, будет один из сценариев внутри протокола третьей мировой. Нам, как детям протокола Второй мировой, сложно представить всю изощренность технофашизма. Поэтому не станем детально прогнозировать то, что и так может случиться в самом ближайшем будущем.
